Главная страница / В помощь учителю / Религия и наука

Религия и наука

На протяжении многих веков ведут между собой споры критики и защитники веры в сверхъестественное. На эту тему существует много атеистической литературы, включающей сочинения отечественных авторов. Основные сюжеты авторов-атеистов — сожжение Джордано Бруно и Яна Гуса, выступления церковных обскурантов против свободомыслия, жульнические спиритические сеансы и. т. д. В советское время утверждался взгляд на религиозную ситуацию как на непримиримую борьбу света против тьмы, знания против невежества. В обиходе были тезисы: «наука во всём противоположна религии», «религия — это опиум народа». Сегодня очевидно, что эти представления поверхностные и заведомо односторонние. Есть и другой взгляд на религию и науку.

Во-первых, несовместимые, как казалось, религиозные и научные представления на самом деле часто не отторгают, а стимулируют и дополняют друг друга. Напомним, что без опытов алхимиков, астрологии и поисков «философского камня» была бы невозможна научная революция ХVII— XVIII вв.

Во-вторых, в прошлом наиболее активные сторонники церкви выступали не только против материалистов, но и против астрологов, алхимиков, пантеистов, которые признавали сверхъестественные силы.

Наконец, большинство великих учёных, чьи открытия обеспечили освобождение науки от диктата церкви, не были атеистами. Бруно увлекался каббалой, Кеплер верил в мировую душу Вселенной, Ньютона привлекали библейские пророчества, Планк и Павлов были глубоко верующими людьми, Бутлерова интересовали спиритические сеансы и т. д. В 1943 г. великий русский учёный В. И. Вернадский записал в своём дневнике:

«Будущее религии очень большое. Я переживаю сейчас то, что эмпирически я неожиданно для себя подошёл к научной базе для пантеизма и гилозоизма» («Я весь под напором мыслей»: Из дневника В. И. Вернадского 1943 г. // Исторический архив. — 2009. — № 3. — С. 151). (Гилозоизм — это философская система, в которой предполагается всеобщая одушевлённость Вселенной с отсутствием границы между «живым» и «неживым». — В. Т.)

Российский религиовед Л. Н. Митрохин писал:

«Наибольшие неожиданности преподносит нам современная эпоха, гордо именуемая научно-технической революцией. Мы доверчиво повторяем: когда наука делает шаг вперёд, то религия отступает шаг назад. В жизни, однако, всё обстоит сложнее и интереснее. Наука действительно рвётся вперёд, а вот религия, оказывается, пятиться не спешит. В целом, правда, она отступает, но не всегда назад, нередко куда-то вбок, чтобы затем внезапно обнаружить себя в массовых религиозных бумах, во вспышках религий нового века и экстатических сект, в возрождении дремучих фундаменталистских доктрин» (Митрохин Л. Н. Философские проблемы религиоведения. — М., 2008. — С. 468).

В таком же духе высказывается американский религиовед Д. Хант:

«Вопреки всеобщим ожиданиям, что прогресс науки приведёт к отмиранию религии, наука сама поворачивается к религии и допускает сверхъестественное в форме психических явлений, — многие мистические силы, которые когда-то были торговым знаком колдовства и волшебства, ныне демонстрируются физиками под строгим лабораторным контролем и принимаются от имени науки» (D. Hunt. The Cult Explosion. — Eugene, Oregon, 1980. — P. 9—10).

Обратим внимание на то, что в литературе и в обществе не затихают споры об экстрасенсах, о чудодейственных способностях йогов и хилеров (целителей), о местах с особой энергетикой, об НЛО (неопознанных летающих объектах) и т. д. Высказывается мнение, что наука несёт ответственность за разрушительные виды оружия, экологические кризисы, опасные биолого-генетические эксперименты, кризис духа и морали. Поэтому человечество не может целиком довериться науке и предписаниям учёных. Многие люди ищут выход в вечных божественных ценностях или в разных иррационалистических доктринах. Что же касается верующих, то они убеждены в неспособности науки удовлетворить запросы духа, выработать надёжные моральные критерии и ценности. Так что научные знания и религиозные представления были и остаются в споре и диалоге.